Если на жизнь взрослых украинцев прошедший год войны повлиял крайне негативно, юное поколение страны получило такие глубокие физические и психологические травмы, у которых, скорее всего, долгосрочные последствия. По данным ООН, жертвами вторжения России в Украину стали почти полторы тысячи детей — 487 были убиты, 954 ранены. Миллионы детей стали беженцами и перемещенными лицами. У миллионов нет доступа к образованию. По данным Детского фонда ООН, ЮНИСЕФ, они подвержены риску депрессии и посттравматического стрессового расстройства.
ЮНИСЕФ предоставляет детям Украины помощь с первого дня войны. Фонд помог получить медицинское обслуживание пяти миллионам детей. Еще два миллиона получили помощь психологов. ЮНИСЕФ выделяет финансовую помощь семьям, потерявшим доход, обеспечивает предметами гигиены, раздает продукты питания, питьевую воду, игрушки, укрепляет бомбоубежища, готовит детских психологов, которые помогают детям преодолевать травму войны.
«Из-за войны произошла самая массовая и стремительная миграция населения со времен Второй мировой войны, — рассказал представитель ЮНИСЕФ Джеймс Элдер в интервью «Голосу Америки». — А это значит — разлучённые семьи, миллионы детей за границей, их отцы остались в Украине. По всей стране дети живут в убежищах, даже здесь, на западе Украины, которая считается наиболее безопасной».
Элдер находится сейчас во Львове.
«Я сегодня был в центре для беженцев, огромном, он находится на территории спортивного стадиона, — рассказал он. — ЮНИСЕФ открыл такие центры по всей стране, туда приходят дети с родителями. Они могут получить денежную помощь, отдохнуть, поиграть. С ними работают психологи… Но когда звучат сирены — все вынуждены бежать в подвал. И в глазах детей появляется такое выражение, я видел это неоднократно, — “Неужели опять?”»
ЮНИСЕФ помогает получить медицинское обслуживание, например, 11-летнему харьковчанину Артему. Артем играл с друзьями в футбол, когда началась бомбежка. Снаряд разорвался прямо у его ног. Три дня он был в коме, ему сделали восемь операций. Ему предстоит долгий путь реабилитации. Двухлетняя Лиза из Бахмута тоже чуть не погибла и нуждается в лечении. Снаряд прилетел прямо в их дом — своим телом ее накрыла мать, а из обеих своим телом накрыл отец. У Лизы поврежден позвоночник, она, возможно, не сможет ходить.
«В Украине нет ни одного мальчика или девочки, которых не затронула бы война, — считает Джеймс Элдер. — Необходимо помогать им получать образование, оказывать психологическую помощь — мы ее предоставили уже двум с половиной миллионам детей. Но война продолжается. Мальчики и девочки, к сожалению, поняли, что мир — нестабильное и непредсказуемое место. Они лишены элементарного ощущения безопасности».
Представители Фонда распределяют гуманитарную помощь зачастую недалеко от линии фронта — в 15-ти километрах от линии соприкосновения. Однако, по словам Элдер, российские власти не допускают ЮНИСЕФ на оккупированные Россией территорией, поэтому ЮНИСЕФ не имеет достоверной информации о положении детей «по ту сторону» от линии соприкосновения.
Нет у представителей Фонда и информации о тех украинских детях, которых российские власти отправляют в Россию, где им выдают российские паспорта и устраивают в российские семьи. Такие действия являются незаконными, говорит Элдер.
«Россия не может контролировать гражданство украинских детей и не может обрывать их связь с родственниками, — сказал в интервью «Голосу Америки» представитель ЮНИСЕФ. — Массовая миграция, которая сейчас происходит, — не оправдание для усыновлений или для ускорения процесса усыновлений и для пренебрежения международными законами. Усыновления не могут происходить во время гуманитарного кризиса. Мы призываем все стороны выполнять правила, прописанные в Гаагской Конвенции по гуманитарному праву».
Элдер заявляет, что эта война должна немедленно прекратиться — но пока она продолжается, по его словам, ЮНИСЕФ будет продолжать помогать украинским детям.
-
Виктория Купчинецкая
Телевизионный журналист, штатный корреспондент «Голоса Америки» с 2009 года. Работала в Вашингтоне, освещала президентские выборы, законодательный процесс и общественно-политические движения в США. Переехав в Нью-Йорк, освещала работу ООН и городских институтов власти. Виктория работает над специальными телепроектами, которые отражают жизнь необычных американских общин
