Масштабная военная кампания, направленная на уничтожение ключевой инфраструктуры и ликвидацию руководства Ирана, не привела к ожидаемому коллапсу власти внутри страны. Вопреки прогнозам многих западных аналитиков, иранское политическое устройство продемонстрировало нетипичную для классических диктатур гибкость и устойчивость.
В то же время так называемая демократическая оппозиция, находящаяся в эмиграции, проявила свою полную неспособность влиять на процессы внутри государства, окончательно упустив исторический шанс на смену власти, сообщил эксперт по вопросам Ближнего Востока Мохаммад Фараджаллах в эфире политолога Юрия Романенко.
Эксперт подчеркнул, что западные стратеги неправильно оценили природу этого правительства. Расчет на то, что внешний силовой удар приведет к внутреннему взрыву и быстрой капитуляции, оказался ошибочным.
Анализируя ситуацию, аналитик отметил: "Они поняли, что хотя и достигли многих военных целей, режим не пал. Оказалось, что этот режим имеет совсем другой характер, он существенно отличается от других диктатур. Это не правительство Мадуро или режим Саддама Хусейна".
Вместо ожидаемых массовых протестов, жесткое военное давление сработало как катализатор для консолидации иранского общества. Западные игроки не учли историческую память и менталитет местного населения, которое воспринимает иностранное вмешательство как экзистенциальную угрозу.
Эксперт отметил, что такой подход со стороны союзников оказался контрпродуктивным: "Любая внешняя агрессия или война не объединяет народ против власти. Наоборот, это стало подарком для режима, так как не спровоцировало никаких серьезных противостояний или восстаний изнутри".
Особое внимание Фараджаллах уделил роли иранской оппозиции, которая сейчас базируется преимущественно в странах Европы и США. По его оценке, эти политические силы существуют в полном отрыве от реалий своей страны и не могут предложить обществу действенных инструментов для борьбы.
Оценивая их эффективность, аналитик был довольно категоричен: "Все так называемые оппозиционеры и демократы оказались просто балаболами. На самом деле у них нет никаких рычагов влияния внутри страны, их методы абсолютно не работают".
Для лучшего понимания политических процессов в Иране эксперт провел историческую параллель с событиями прошлого. Тогдашние духовные лидеры умели коммуницировать с населением, несмотря на жесткую цензуру и преследования, используя все доступные технологии того времени.
"Основатель исламской революции аятолла Хомейни, даже находясь в изгнании, передавал свои проповеди через кассеты, и их слушал весь иранский народ. Он имел прямую связь с улицей, настоящий контакт с людьми", – напомнил Мохаммад Фараджаллах.
В противовес лидерам прошлого, современные иранские диссиденты за границей потеряли всякое чувство реальности. Несмотря на объективные экономические трудности, безработицу и огромное недовольство населения, никаких предпосылок для революции на данный момент нет, так как протестный потенциал просто некому аккумулировать и направить в правильное русло.
Резюмируя причины провала антиправительственных выступлений, эксперт сделал неутешительный вывод: "Люди в Иране действительно недовольны, но у нынешней оппозиции нет с ними никакого контакта. Общество просто не готово восстать по их призыву".
