Сужение возможностей для морского экспорта нефти привело к критической инфраструктурной проблеме внутри самой Российской Федерации. Из-за невозможности оперативно отгружать сырье на иностранные танкеры и систематического уничтожения Украиной резервуарных парков, государству-агрессору буквально негде хранить добытые углеводороды.
Эта ситуация загоняет российский энергетический сектор в тупик, выходом из которого является только полная остановка производства, сообщил экономист Олег Устенко в эфире политолога Юрия Романенко.
Анализируя состояние вражеской экономики, эксперт отметил, что первоначальный план Кремля заключался во временном накоплении ресурса. Российские власти надеялись переждать логистический кризис, просто закачивая нефть во внутренние хранилища до момента возобновления полноценной работы портовых центров. Однако этот расчет оказался ошибочным из-за ограниченной вместимости инфраструктуры.
"Пока экспортное горлышко, по мнению Кремля, остается суженным, сырье надо где-то складывать и хранить. Россияне пытаются держать его в своих резервуарах, которых не так уж и много. Их можно наполнять, но они уже фактически заполнены до максимума", – описал первоначальную стратегию агрессора Олег Устенко.
Именно в этот момент, когда логистическая система РФ работала на пределе перенапряжения, украинские силы безопасности и обороны нанесли следующий, еще более болезненный удар. Силы обороны начали системно выжигать непосредственно сами базы хранения топлива.
"Первая сюжетная линия заключалась в том, что Украина пытается сузить до минимума это экспортное горлышко. Понятно, что полностью его еще не перекрыли, но продолжают активно сужать. Теперь проблема для России заключается в том, что Украина развивает вторую сюжетную линию – она просто разрушает терминалы, где хранится сырая нефть, которая впоследствии должна была бы пойти на мировой рынок", – констатировал экономист.
Масштабы разрушений и нехватка свободных площадей привели к тому, что нефтегазовый комплекс РФ физически не способен абсорбировать объемы текущей добычи. Потеря даже одного крупного нефтебазового комплекса создает эффект домино для целого региона, ведь нефть продолжает поступать из скважин.
"Сегодня российских терминалов просто не существует в том количестве, которое необходимо для хранения всего того огромного объема нефти, который потенциально добывала бы Россия", – констатирует Устенко.
Он подчеркивает, что дисбаланс между тем, что извлекается из недр, и тем, что можно безопасно складировать, достиг критической отметки. Российские компании не могут мгновенно построить новые резервуары, так как это требует колоссальных инвестиций, много времени и современных западных технологий, которые сейчас прочно заблокированы международными санкциями.
"Если ты не можешь вывезти нефть на экспорт, а все имеющиеся кастрюли и емкости уже полностью заняты, дальше хранить сырье становится физически негде", – метафорически объяснил тупик российских нефтяников эксперт.
Такой инфраструктурный коллапс оставляет военно-политическому руководству РФ только один возможный путь действий, который будет иметь катастрофические и долгосрочные последствия для всей экономики страны-оккупанта. Речь идет о принудительной остановке работы нефтяных месторождений.
"Фактически Россия вынуждена переходить к третьему сценарию, который уже сейчас отрабатывается: им придется просто перекрывать вентиль, глушить скважины и существенно уменьшать собственную нефтедобычу", – подытожил Олег Устенко.
Остановка непрерывного цикла добычи – это технологически чрезвычайно сложный процесс. Многие законсервированные скважины в условиях сурового климата и отсутствия импортного оборудования могут быть потеряны навсегда, что означает неотвратимую деградацию главной экспортной отрасли Российской Федерации.
